А вскоре начались более интересные события. Вся затея с секонд-хендом из Австралии обернулась провалом. Валя полностью положилась на Сергея Шиншиллу и на одного из своих братьев, Андрея, который приехал из Мурманска в Питер, чтобы помогать в реализации этой подержанной одежды. Андрей оказался самым обычным гопником. Однажды, получив в руки приличную сумму наличных денег, он пропал на два дня. Потом нашелся еще не до конца протрезвевшим и без денег. На контейнерах из Австралии Валя попала на все потраченные на них деньги. И вот тут началось. У меня в Берлине был старый друг, Гена Коломоец, который был на тот момент уже довольно богатым человеком. И вот Валя через меня обращается к Гене, для того, чтобы занять 80 000 марок на две недели под 10%. Приличная сумма и хорошие проценты. Гена, конечно, спрашивает меня: «Гарантируешь? Можешь ответить?». Я отвечаю: «Нет. На твой страх и риск». Тогда Гена требует от Вали подтверждения, что она реально сможет отдать деньги в названные сроки. Валя показывает ему документы на два больших грузовика – тягачи. И сообщает ему, что ей предложили их взять за определенную сумму денег, значительно ниже рыночной стоимости. Что у нее есть на них покупатель, и что разница получается приличная, на это и нужны деньги. Гена дал. Валя отдала точно в срок и с обещанными процентами.
И вот тогда появились Саша Соболь и Виталик. Кишеневская «мафия». Они были молодые ребята, лет по 25-28, и вдохновенно играли в мафию. Ходили они всегда в костюмах и в галстуках, с очень серьезными лицами. Разговаривали негромко, уверенно, размеренно, подчеркнуто вежлива, сохраняя при этом непроницаемые лица. В общем, крутые молодые мафиози, которых на кривой кобыле не объедешь. Приходили они в офис в основном как заказчики переводов. И вот во время одного из их визитов Валентина говорит, что ей срочно нужны 30 000 долларов на две недели под 10 процентов. То есть ребята заработают за 2 недели 10 000 долларов. Очень хороший заработок. А для 1993 года просто отличный. Соболь и Виталик тут же делают еще более каменные лица, и говорят: «Чем вы отвечаете?». Вале нужно отдать должное. Не знаю, была ли это ее природная хитрость, или за ней стоял грамотный консультант, но свои домашние задания она выполняла довольно хорошо. Она тут же выложила им квитанцию на две заложенные в ломбард шубы. Получалось, что их стоимость составляла более 60 000 долларов. Молдавские мафиози согласились. Ровно через две недели, парни с каменными лицами зашли в наш офис. Валя сначала усадила их пить кофе. После этого она достала из саквояжа 40 000 долларов, и вручила парням. Допив кофе, они направились к двери. И тут же услышали фразу: «Если хотите, можете оставить еще на недели на тех же условиях. По прошествии еще двух недель они получили свои деньги с обещанными процентами и ушли довольные.
Был у нас друг офиса – Толя Тригер. Тригер это фамилия. Жил он рядом с нашим офисом. Был Толя родом из Питера как и я. Так вот Толя дал Вале какую-то сумму денег. Уже не помню какую. Но, на вырученные проценты купил себе БМВ третьей модели. Не новую, но где-то двух-трех лет и с нормальным пробегом. Давал Вале деньги и я. Это было на начальном этапе ее аферы. А все это, конечно, была большая афера. Мне тоже повезло. Повезло, потому, что это был начальный этап аферы. Ей нужно было создавать кредит доверия. Я купил на проценты двухгодовалый фольксваген гольф. Все самое интересное началось позднее. Соболь и Виталик в итоге выдали Вале более 300 000 марок. Не помогло им их мафиозное чутье. Слишком молоды они были. Было ли мне страшно? Пожалуй, нет. Не было. Но, стыдно, что я работаю в ее офисе было. Люди понимали, что я просто переводчик и не более того. Мне пытались задавать вопросы по поводу ее надежности и честности. У меня было свое мнение. Я понимал, что Валя – аферистка. Но, я работал у нее на скромной должности и получал свою зарплату вовремя. Политика моя была такой: если я видел, что меня спрашивает небогатый человек, отдающей Вале почти последнее, то я говорил ему, что он не получит своих денег, и советовал не давать. Если же спрашивали какие-то молодые мафиози, или богатенькие бизнесмены, то я говорил: «Сами смотрите. Я простой переводчик, и не вхож в ее дела». Был некий Юра, который когда-то где-то на Украине или в Молдавии купил диплом зубного врача. Но, ума хватило не лезть людям в рот. Он создал стоматологический бизнес. Вернее, сеть из двух-трех зубопротезных лабораторий. Юра был не бедным человеком. Не помню на сколько он попал с Валей, но более 100 000 марок это точно. Соболь и Виталик отдали ей свыше 300 000 марок. Но, это не был рекорд. Ей удалось взять почти 2 млн. долларов у какой-то московской бизнес-структуры. Под большие займы, она показывала документы о сделках с домами. Дома якобы продавались с аукционов в Восточной Германии. У Вали якобы имелись связи с организаторами аукционов, и она получала эти дома по низкой цене. Кто-то стоял за ее спиной. Документы она действительно показывала. И люди, дающие в долг 2 миллиона долларов, не могут быть полными идиотами, иначе они не смогли бы заработать этих денег. Еще какие-то крупные суммы она взяла у кого-то в Питере. В один из ее приездов ее пристегнули наручниками к батарее в какой-то квартире, и грозились убить. Вмешались москвичи, которым она должна была гораздо больше. Ее как-то вытащили. Приехала она очень напуганной.
Это уже было приближением краха. А до этого ее дали около 200 000 марок Костя и Юра. Ребята из Берлина, друзья моего друга Гены, который заработал, дав Вале в долг 80 000 марок. И вот видя, что деньги не отдаются, меня попросили о помощи. Валя послала со мной какую-то незначительную часть суммы, чтобы успокоить ребят. Когда я приехал в Берлин, они меня встретили в аэропорту Темпельхоф. Костя жил совсем рядом, и пригласил меня домой попить чаю. Вместе мы разработали сценарий получения денег с Вали. Вернувшись, я рассказал ей, как меня возили в какой-то ангар с мешком на голове. Как я сидел на стуле со связанными руками, а со мной разговаривали люди с такими лицами, что и во сне увидеть страшно. И сообщил Вале, что вынужден был дать им ее домашний адрес, и что они дали срок – три дня. А потом приедут с визитом. Деньги были возвращены в течение недели.
Еще я помог Андрею и Соне. Соня выполняла у Вали на подряде переводы дипломов и трудовых книжек. Соня была уникальным человеком. Фамилия ее была Семенова. Она коренная немка, родом из Дортмунда. При этом она разговаривала по-русски без акцента вообще. Ни один человек, не мог бы распознать иностранку в ее речи. На втором или третьем курсе университета Соня попала на практику в Архангельск. Там она познакомилась с Андреем. В итоге они поженились и поселились в Дортмунде. Когда ей меняли фамилию после замужества, немецкие власти хотели записать «Семенов». Так принято в Германии, где фамилии не склоняются. Так вот Соня сумела настоять, чтобы ее записали «Семенова».
Поскольку Соня и Андрей знали Валю раньше, чем я познакомился с ней и с ними, то дали ей денег легко и без сомнений. А Валя уже обнаглела, и с первого же займа не собиралась им возвращать деньги. Семеновы были добрые, интеллигентные и порядочные люди. Запугивать Валю реально, или каким-то блефом они не могли. И здесь нужен был иной подход. Я люблю добрых и интеллигентных людей. Терпеть не могу наглецов и хамов. Поэтому я быстро сдружился с Андреем и Соней. Мы часто ходили в субботы и воскресенья вместе завтракать в дортмундские кафешки. Я част бывал у них в гостях. Иногда мы ходили в кино на премьеры новых фильмов. В общем, стали мы думать, как спасать их деньги. В итоге придумали. Мы придумали не существующую сделку, на которую у Сони и Андрея не хватало собственных средств, но которая сулила большую выгоду. Я уже не помню, что эта была за сделка, но придумали мы что-то красивое. В общем, побили Валю ее же оружием. Она профинансировала эту сделку. А Соня с Андреем потом, сказали, что сделка не срослась, а те деньги, что Валя должна была им, они вычли.
Тучи над Валей сгустились к поздней осени 1993 года. Какие-то люди сообщили ей, что скоро похитят ее сына, Мартина, которому тогда было 16 лет, и для начала, начнут присылать ей его пальцы по одному. Как раз в это время меня позвал на работу в Берлин Костя, один из друзей Гены, тот которому я помог получить их деньги с Вали. Я долго не размышлял. Уволился, поскольку был оформлен и работал по белому. Загрузил весь свой скарб в свой Гольф-2. И уехал в Берлин, где мне предстояло прожить около 10 лет.
И вот тогда появились Саша Соболь и Виталик. Кишеневская «мафия». Они были молодые ребята, лет по 25-28, и вдохновенно играли в мафию. Ходили они всегда в костюмах и в галстуках, с очень серьезными лицами. Разговаривали негромко, уверенно, размеренно, подчеркнуто вежлива, сохраняя при этом непроницаемые лица. В общем, крутые молодые мафиози, которых на кривой кобыле не объедешь. Приходили они в офис в основном как заказчики переводов. И вот во время одного из их визитов Валентина говорит, что ей срочно нужны 30 000 долларов на две недели под 10 процентов. То есть ребята заработают за 2 недели 10 000 долларов. Очень хороший заработок. А для 1993 года просто отличный. Соболь и Виталик тут же делают еще более каменные лица, и говорят: «Чем вы отвечаете?». Вале нужно отдать должное. Не знаю, была ли это ее природная хитрость, или за ней стоял грамотный консультант, но свои домашние задания она выполняла довольно хорошо. Она тут же выложила им квитанцию на две заложенные в ломбард шубы. Получалось, что их стоимость составляла более 60 000 долларов. Молдавские мафиози согласились. Ровно через две недели, парни с каменными лицами зашли в наш офис. Валя сначала усадила их пить кофе. После этого она достала из саквояжа 40 000 долларов, и вручила парням. Допив кофе, они направились к двери. И тут же услышали фразу: «Если хотите, можете оставить еще на недели на тех же условиях. По прошествии еще двух недель они получили свои деньги с обещанными процентами и ушли довольные.
Был у нас друг офиса – Толя Тригер. Тригер это фамилия. Жил он рядом с нашим офисом. Был Толя родом из Питера как и я. Так вот Толя дал Вале какую-то сумму денег. Уже не помню какую. Но, на вырученные проценты купил себе БМВ третьей модели. Не новую, но где-то двух-трех лет и с нормальным пробегом. Давал Вале деньги и я. Это было на начальном этапе ее аферы. А все это, конечно, была большая афера. Мне тоже повезло. Повезло, потому, что это был начальный этап аферы. Ей нужно было создавать кредит доверия. Я купил на проценты двухгодовалый фольксваген гольф. Все самое интересное началось позднее. Соболь и Виталик в итоге выдали Вале более 300 000 марок. Не помогло им их мафиозное чутье. Слишком молоды они были. Было ли мне страшно? Пожалуй, нет. Не было. Но, стыдно, что я работаю в ее офисе было. Люди понимали, что я просто переводчик и не более того. Мне пытались задавать вопросы по поводу ее надежности и честности. У меня было свое мнение. Я понимал, что Валя – аферистка. Но, я работал у нее на скромной должности и получал свою зарплату вовремя. Политика моя была такой: если я видел, что меня спрашивает небогатый человек, отдающей Вале почти последнее, то я говорил ему, что он не получит своих денег, и советовал не давать. Если же спрашивали какие-то молодые мафиози, или богатенькие бизнесмены, то я говорил: «Сами смотрите. Я простой переводчик, и не вхож в ее дела». Был некий Юра, который когда-то где-то на Украине или в Молдавии купил диплом зубного врача. Но, ума хватило не лезть людям в рот. Он создал стоматологический бизнес. Вернее, сеть из двух-трех зубопротезных лабораторий. Юра был не бедным человеком. Не помню на сколько он попал с Валей, но более 100 000 марок это точно. Соболь и Виталик отдали ей свыше 300 000 марок. Но, это не был рекорд. Ей удалось взять почти 2 млн. долларов у какой-то московской бизнес-структуры. Под большие займы, она показывала документы о сделках с домами. Дома якобы продавались с аукционов в Восточной Германии. У Вали якобы имелись связи с организаторами аукционов, и она получала эти дома по низкой цене. Кто-то стоял за ее спиной. Документы она действительно показывала. И люди, дающие в долг 2 миллиона долларов, не могут быть полными идиотами, иначе они не смогли бы заработать этих денег. Еще какие-то крупные суммы она взяла у кого-то в Питере. В один из ее приездов ее пристегнули наручниками к батарее в какой-то квартире, и грозились убить. Вмешались москвичи, которым она должна была гораздо больше. Ее как-то вытащили. Приехала она очень напуганной.
Это уже было приближением краха. А до этого ее дали около 200 000 марок Костя и Юра. Ребята из Берлина, друзья моего друга Гены, который заработал, дав Вале в долг 80 000 марок. И вот видя, что деньги не отдаются, меня попросили о помощи. Валя послала со мной какую-то незначительную часть суммы, чтобы успокоить ребят. Когда я приехал в Берлин, они меня встретили в аэропорту Темпельхоф. Костя жил совсем рядом, и пригласил меня домой попить чаю. Вместе мы разработали сценарий получения денег с Вали. Вернувшись, я рассказал ей, как меня возили в какой-то ангар с мешком на голове. Как я сидел на стуле со связанными руками, а со мной разговаривали люди с такими лицами, что и во сне увидеть страшно. И сообщил Вале, что вынужден был дать им ее домашний адрес, и что они дали срок – три дня. А потом приедут с визитом. Деньги были возвращены в течение недели.
Еще я помог Андрею и Соне. Соня выполняла у Вали на подряде переводы дипломов и трудовых книжек. Соня была уникальным человеком. Фамилия ее была Семенова. Она коренная немка, родом из Дортмунда. При этом она разговаривала по-русски без акцента вообще. Ни один человек, не мог бы распознать иностранку в ее речи. На втором или третьем курсе университета Соня попала на практику в Архангельск. Там она познакомилась с Андреем. В итоге они поженились и поселились в Дортмунде. Когда ей меняли фамилию после замужества, немецкие власти хотели записать «Семенов». Так принято в Германии, где фамилии не склоняются. Так вот Соня сумела настоять, чтобы ее записали «Семенова».
Поскольку Соня и Андрей знали Валю раньше, чем я познакомился с ней и с ними, то дали ей денег легко и без сомнений. А Валя уже обнаглела, и с первого же займа не собиралась им возвращать деньги. Семеновы были добрые, интеллигентные и порядочные люди. Запугивать Валю реально, или каким-то блефом они не могли. И здесь нужен был иной подход. Я люблю добрых и интеллигентных людей. Терпеть не могу наглецов и хамов. Поэтому я быстро сдружился с Андреем и Соней. Мы часто ходили в субботы и воскресенья вместе завтракать в дортмундские кафешки. Я част бывал у них в гостях. Иногда мы ходили в кино на премьеры новых фильмов. В общем, стали мы думать, как спасать их деньги. В итоге придумали. Мы придумали не существующую сделку, на которую у Сони и Андрея не хватало собственных средств, но которая сулила большую выгоду. Я уже не помню, что эта была за сделка, но придумали мы что-то красивое. В общем, побили Валю ее же оружием. Она профинансировала эту сделку. А Соня с Андреем потом, сказали, что сделка не срослась, а те деньги, что Валя должна была им, они вычли.
Тучи над Валей сгустились к поздней осени 1993 года. Какие-то люди сообщили ей, что скоро похитят ее сына, Мартина, которому тогда было 16 лет, и для начала, начнут присылать ей его пальцы по одному. Как раз в это время меня позвал на работу в Берлин Костя, один из друзей Гены, тот которому я помог получить их деньги с Вали. Я долго не размышлял. Уволился, поскольку был оформлен и работал по белому. Загрузил весь свой скарб в свой Гольф-2. И уехал в Берлин, где мне предстояло прожить около 10 лет.
